Уильям Шекспир
 VelChel.ru 
Биография
Хронология
Галерея
Семья
Памятники
Музеи
Афоризмы Чехова
Повести и рассказы
Повести и рассказы по дате
Пьесы
Воспоминания о Чехове
Путевые очерки
Статьи, рецензии, заметки
Подписи к рисункам
О творчестве Чехова
Об авторе
Ссылки
 
Антон Павлович Чехов
(1860-1904)

А.П. Чехов в воспоминаниях современников
» И. А. Бунин. Чехов

К оглавлению

[1] ...до весны девяносто девятого года - Эти встречи, вероятно, были не весной 1899 года, а осенью 1898, так как в своих воспоминаниях «О Шаляпине» Бунин писал, что он познакомил Шаляпина с Чеховым в Ялте - это могло быть только в сентябре 1898 года. См. письма Чехова: И.П.Чехову от 19 сентября 1898 года; Л.С.Мизиновой от 21 сентября 1898 года; Е.3.Коновицеру от 21 сентября 1898 года.

В воспоминаниях Бунина о Шаляпине читаем:

«...Помню, например, как горячо хотел он познакомиться с Чеховым, сколько раз говорил мне об этом. Я наконец спросил:

- Да за чем же дело стало?

- Да за тем, - отвечал он, - что Чехов нигде не показывается, что все нет случая представиться ему.

- Помилуй, какой для этого нужен случай? Возьми извозчика и поезжай.

- Но я вовсе не желаю показаться ему нахалом! А кроме того, я знаю, что я так оробею перед ним, что покажусь еще и совершенным дураком.

- Ну, полно, это ты сейчас дурака валяешь.

- Бог свидетель, нисколько не валяю. Вот если б ты свез меня как-нибудь к нему...

Я не замедлил сделать это и убедился, что все было правда: войдя к Чехову, он покраснел до ушей, стал что-то бормотать. А вышел от него в полном восторге:

- Ты не поверишь, как я счастлив, что наконец узнал его, и как очарован им! Вот это человек!..» («Иллюстрированная Россия», Париж, 1938, № 19/677).

[2] По-моему, чудесно - В воспоминаниях о Чехове, опубликованных в Собр. соч. И.А.Бунина (изд. Маркса, т. 6, Спб. 1915, стр. 293-295) за этими словами шел следующий текст: «Может быть, это покажется кому-нибудь манерностью. Но - Чехов и манерность! «Скажу прямо, - говорит один из хорошо знавших Чехова, - я встречал людей не менее искренних, чем Чехов, но людей до такой степени простых, чуждых всякой фразы и аффектировки, я не помню». Да, он любил только искреннее, жизненное, органическое, - если только оно не было грубо и косно, - и положительно не выносил фразеров, книжников и фарисеев, особенно тех из них, которые настолько вошли в свои роли, что роли стали их вторыми натурами. В своих работах он почти никогда не говорил о себе, о своих вкусах, о своих взглядах, что и повело, кстати сказать, к тому, что его долго считали человеком беспринципным, необщественным. В жизни он также очень редко говорил о своих симпатиях и антипатиях: «я люблю то-то», «я не выношу того-то» - это не чеховские фразы. Но симпатии и антипатии его были чрезвычайно устойчивы и определенны, и среди его симпатий одно из первых мест занимала именно естественность. «Море было большое...» Ему, с его постоянной жаждой наивысшей простоты, с его отвращением ко всему вычурному, напряженному, казалось это «чудесным». А в его словах об офицере и музыке сказалась другая его особенность: сдержанность. Неожиданный переход от моря к офицеру, несомненно, был вызван его затаенной грустью о молодости, о здоровье. Море пустынно... А он любил жизнь, радость, и за последние годы эта жажда радости, хотя бы самой простой, самой обыденной, особенно часто сказывалась в его разговоре. Но именно только сказывалась.

Слова за последнее время стали очень дешевы. И хорошие и дурные слова произносятся теперь с удивительной легкостью и лживостью. Но, кажется, чаще всего так говорят об умерших. Очень много легкости, неточностей, а порой просто скудоумия можно встретить и в воспоминаниях о Чехове. Пишут, например, что Чехов поехал на Сахалин затем, чтобы поддержать репутацию «серьезного» человека, и в дороге так простудился, что нажил чахотку... Пишут, что смерть Чехова была ускорена постановкой «Вишневого сада»: накануне спектакля Чехов будто бы так волновался, так боялся, что его пьеса не понравится, что всю ночь бредил... Все это сущий вздор. На Сахалин Чехов поехал потому, что его интересовал Сахалин, и еще потому, что в путешествии он хотел встряхнуться после смерти брата Николая, талантливого художника. И чахотку он нажил не в Сибири, - о том, что его легкие «хрипят», он упоминал в письмах к сестре еще в восемьдесят седьмом году, - хотя несомненно, что ездить ему не следовало: взять хотя бы этот страшно тяжелый двухмесячный путь на перекладных, ранней весной, в дождь и в холод, почти без сна и положительно на пище св. Антония благодаря дикости сибирских трактов! А что до волнений о «Вишневом саде»... Пишущие, конечно, очень чувствительны к тому, что говорят о них, и много, много в пишущих чувствительности жалкой, мелкой, неврастенической. Но как все это далеко от такого большого и сильного человека, как Чехов! Ибо кто с таким мужеством следовал велениям своего сердца, а не велениям толпы, как он? Кто умел так, как он, скрывать ту острую боль, которую причиняет человеческому уму человеческая глупость? Известен только один вечер, когда Чехов был явно потрясен неуспехом, - вечер постановки «Чайки» в Петербурге. Но с тех пор много воды утекло. Да и кто мог знать, волнуется он или нет? Того, что совершалось в глубине его души, никогда не знали во всей полноте даже самые близкие ему люди.

Мальчиком Чехов был, по словам его школьного товарища Сергеенко, «вялым увальнем с лунообразным лицом»<*>. Я, судя по портретам и по рассказам родных Чехова, представляю его себе иначе. Слово «увалень» совсем не подходит к хорошо сложенному, выше среднего роста мальчику. И лицо у него было не «лунообразное», а просто - большое, очень умное и очень спокойное. Вот это то спокойствие и дало, вероятно, повод считать мальчика Чехова «увальнем», - спокойствие, а отнюдь не вялость, которой у Чехова никогда не было - даже в последние годы. Но и спокойствие это было, мне кажется, особенное - спокойствие мальчика, в котором зрели большие силы, редкая наблюдательность и редкий юмор. Да и как, в противном случае, согласовать слова Сергеенко с рассказами матери и братьев Чехова о том, что в детстве «Антоша» был неистощим на выдумки, которые заставляли хохотать до слез даже сурового в ту пору Павла Егоровича! В юности - в те счастливые дни, когда ему доставляло наслаждение проектировать такие произведения, как «Искусственное разведение ежей, - руководство для сельских хозяев», - это спокойствие тонуло в пышном расцвете прирожденной Чехову жизнерадостности все, кто знали его в эту пору, говорят о неотразимом очаровании его веселости, красоты его открытого, простого лица и его лучистых глаз. Но годы шли, дух и мысль становились глубже и прозорливее. Смело отдав дань молодости, первым непосредственным проявлениям своей богатой натуры, он приступил к суровому в своей художественной неподкупности изображению действительности».

[3] ...две-три картины Левитана - В кабинете Чехова находятся картины И.И.Левитана «Дуб и березка» (1884), «Река Истра» (1885), «Тяга» (1891), «Этюд» (1895) и «Стоги сена при лунном свете» (1899).

[4] ...рассказ - «Студент» - Этот рассказ впервые напечатан в «Русских ведомостях», 1894, 16 апреля, под заглавием «Вечером».

[5] ...я представлялся ему молодым человеком выгнанным из гимназии за пьянство - См. примечание [5] к воспоминаниям «М.Горький. А.П.Чехов».

[6] «Публикует «Скорпион» о своей книге неряшливо...» - из письма от 14 марта 1901 года.

[7] ...«В море» - Рассказ «В море» («Мирской толк», 1883, № 40, 29 октября) был напечатан в альманахе «Северные цветы» (М. 1901) с исправлениями и под новым названием «Ночью». При включении рассказа в Собрание сочинений Чехов вернулся к первоначальному заглавию.

[8] «Здравствуйте, милый И.А.!..» - из письма от 8 января 1904 года.

[9] ...пишет не по-толстовски... - В книге И.А.Бунина «О Чехове» вслед за этим абзацем следует: «А мне Илья Львович Толстой говорил в 1912 году, что у них в доме на писателей смотрели «вот как», и он нагибался и держал руку на высоте низа дивана, и, когда он мне это рассказывал, я вспомнил эти слова Чехова».

[10] ...«человека забыли» - из пьесы Чехова «Вишневый сад».

[11] ...«простота и задушевность»... - В рецензии на «Северные сборники», кн. 5, П. 1908 («Русское богатство», 1908, кн. 10), Короленко писал, что рассказы Седерберга напоминают «простоту и задушевность нашего Чехова». (См. эту рецензию также в Собр. соч. В.Г.Короленко, т. 9, изд. А.Ф.Маркса, П. 1914, и т. 8, Гослитиздат, M. 1955.).

[12] ...«печаль о призраках» - Имеется в виду рецензия Короленко «О сборниках товарищества «Знание» на 1903 год», напечатанная в журнале «Русское богатство», 1904, кн. 8, и в Собр. соч. В.Г.Короленко, т. 5, изд. А.Ф.Маркса, П. 1914.

[13] ...называет его беспощаднейшим талантом - См. статью «Творчество из ничего» в книге Л.Шестова «Начала и концы», Спб. 1908.

[14] «А вы поменьше водки пейте» - Чьи воспоминания имел в виду Бунин - не установлено.

[15] Урениус... Упрудиус... - Возможно, что Чехов имел в виду поэта-символиста И.И.Ореуса.

[16] Анна - «Анна Каренина».

[17] ...волки в страхе разбежались... - из стихотворения H.Ведкова «В ожидании утра» («Русское богатство», 1899, № 8, август).

[18] ...«искры божьей нет» -См. примечание [5] к воспоминаниям «М.Горький. А.П.Чехов».

[19] ...поезд или первую любовь... - Имеется в виду статья H.К.Михайловского о сборнике рассказов Чехова «Хмурые люди» («Русские ведомости», 1890, № 104. Вошла в Собр. соч. H.К.Михайловского, т. VI, изд. «Русского богатства», 1897, под заглавием «Об отцах к детях и о г.Чехове»). В этой статье Михайловский писал: «Выбор тем г.Чехова поражает своею случайностью. Везут по железной дороге быков в столицу на убой. Г.Чехов заинтересовывается этим и пишет рассказ под названием «Холодная кровь»... Почту везут, по дороге тарантас встряхивает, почтальон вываливается и сердится. Это - рассказ «Почта»... И рядом вдруг «Спать хочется» - рассказ о том, как тринадцатилетняя девчонка Варька, состоявшая в няньках у сапожника и не имеющая ни минуты покоя, убивает порученного ей грудного ребенка потому, что именно он мешает ей спать. И рассказывается это тем же тоном, с теми же милыми колокольчиками и бубенчиками, с той же «холодной кровью», как про быков или про почту, которая выехала с одной станции и приехала на другую».

[20] Это было начало «Бабьего царства» - Вероятно, это была рукопись рассказа «Дом с мезонином», который Чехов писал в декабре 1895 года. Повесть «Бабье царство» была в это время уже напечатана (в январе 1894 г.).

[21] «Через месяц был назначен...» - окончание рассказа «Архиерей».

[22] ...разобьет и раздавит Россия - Письмо это неизвестно.

<*> Воспоминания «О Чехове» П.А.Сергеенко - см. сб. «О Чехове», M. 1910, стр. 152, 153 и Ежемесячн. литературные приложения к «Ниве», 1904, кн. X.

Страница :    « 1 2 3 4 5 [6] »
Алфавитный указатель: А   Б   В   Г   Д   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ч   Ш   Э   Ю   Я   #   

 
 
     © Copyright © 2022 Великие Люди  -  Антон Павлович Чехов