Уильям Шекспир
 VelChel.ru 
Биография
Хронология
Галерея
Семья
Памятники
Музеи
Афоризмы Чехова
Повести и рассказы
Повести и рассказы по дате
Пьесы
Воспоминания о Чехове
Путевые очерки
Статьи, рецензии, заметки
Подписи к рисункам
О творчестве Чехова
Об авторе
Ссылки
 
Антон Павлович Чехов
(1860-1904)

Статьи, рецензии, заметки. «Врачебное дело в России», 1881—1902
» Фантастический театр Лентовского

К оглавлению

Для москвичей, которые осуждены судьбой провести все лето в облаках пыли, нюхать в продолжение целого лета смесь тысячи мерзопакостнейших запахов и обливаться день и ночь потом, фантастический театр г. Лентовского новинка слишком приятная.

Некоторое время мы сердились на почтеннейшего Михаила Валентиновича. Нам надоели все те дары, которые он подносил нам с усердием крыловского Демьяна[1]. Его «Корневильские колокола», «Жирофле-Жирофля»[2], русский хор с своими неизменными флейтами и плясовой, несменяемый г. Гулевич, рассказывающий анекдоты[3], которые знавал еще и Голиаф, стрельба в цель, фокусы, приводящие в восторг одних только гимназистов, — все это так старо и так пресно! Мы возроптали и роптали бы до сегодня, если бы г. Лентовский не поднес нам презента в виде выдуманного им самим фантастического театра; за что мы делаем ему чувствительнейший реверанс...

Театр сей воздвигнут на стогнах сада[4] Эрмитаж, в одном из тех пустопорожних мест, которые доселе были ни богу свечкой, ни черту кочергой. О начале представления дают знать звоном в здоровеннейший, вокзальный колокол...

Вообразите себе лес. В лесу поляна. На поляне огромнейшим брандмауэром[5] возвышается более всех уцелевшая стена стариннейшего, средневекового замка. Стена давно уже облупилась; она поросла мхом, лебедой и крапивой. Она одна уже дает вам некоторое представление о тех поэтических руинах, которые вы так привыкли встречать в иностранных романах. От этой стены к зрителю и в стороны идут более и совсем уже развалившиеся стены замка. Из-за развалин сиротливо и угрюмо выглядывают деревья, бывшие свидетелями тех благообразий и безобразий, которые совершались во время о́но в замке. Деревья высушены временем; они голы. На площадке, которая окружена развалинами и была прежде «полами» замка, заседает публика. Пересечения стен и разрушившихся простенков изображают собой ложи. Вокруг замка рвы, в которых теряются ваши глаза... Во рвах разноцветные, фантастические огни с тенями и полутенями... Все прелестно, фантастично, волшебно. Не хватает только летающих сов, соловья, поющего те же самые песни, которые пелись около замка, когда он еще не был разрушен... Не хватает и плеска моря... Будь слышен плеск моря, мы припомнили бы Горацио, который говорил Гамлету[6]:

Подумайте! Одна пустыня места,
Сама собой, готова довести
К отчаянью, когда посмотришь в бездну
И слышишь в ней далекий плеск волны...

Развалины освещены электричеством. Нам кажется, что стена с занавесом освещена слишком. Искусственное освещение, пущенное неумеренно, стушевывает несколько фантастичность.

Суть вся, разумеется, в фантастичности. Нужно стараться, чтобы фантастичность не пропадала во все время, пока зритель глядит на развалины; иначе пропадет очарование. Очарование пропадает бесследно, когда занавес, устроенный в одной из стен, распадается и вы видите на банальной сцене банального водевильного любовника, ревнивых мужей и бешеных тещ или хохла, говорящего так же по-хохлацки, как армянин по-русски[7]. По нашему мнению, водевили, дающиеся на сцене фантастического театра, нужно заменить чем-нибудь другим, не портящим общего впечатления. Чем заменить — не станем советовать. У г. Лентовского есть изрядный вкус, есть уменье, есть и желанье. Эти три двигателя, которые поставили на настоящие ноги наше «Эрмитажное» дело, посоветуют ему лучше нас.

Если позволит место, мы в следующих номерах изобразим описываемый театр и карандашом[8]. Увидев его на картинке, вы не поверите, что он «сделан». Вы скажете, что это настоящие руины...

Примечания


Впервые — «Москва», 1882, № 27 (ценз. разр. 17 июля), стр. 226—227. Подпись: Человек без селезенки.

Печатается по журнальному тексту.

М. В. Лентовский — актер, антрепренер, основатель в конце прошлого века ряда театров в Москве, а также в Петербурге и Нижнем Новгороде. Несколько лет провел на провинциальной сцене, где имел большой успех в опереточных ролях. В 1871—1878 гг. выступал в Малом театре в опереттах и одновременно — на клубных сценах со злободневными куплетами.

Популярность Лентовского в Москве стала расти после того, как он создал в 1878 г. театр оперетты в саду «Эрмитаж». В том же саду 1 июля 1882 г. открылся и Фантастический театр.

Об истории возникновения этого театра сохранились подробные сведения в мемуарах режиссера С. А. Попова: «...на летний сезон 1878 года Лентовский в первый раз арендовал сад „Эрмитаж“ (в Божедомском переулке <ныне — Делегатская ул.>, на так называемых Антроповых ямах). Сад этот теперь уже не существует. Его вырубили, и на его территории находятся три застроенные большими домами переулка. Сад занимал площадь в 8 гектаров с двумя проточными прудами, верхний из которых был площадью в 1 гектар» («Воспоминания о деятельности режиссера Лентовского М. В.», 1937, машинопись, стр. 16—17, ГЦТМ, ф. 216, ед. 217).

Попов рассказывает, как преобразился облик сада: «Постройки велись по рисункам одного из лучших архитекторов Москвы <...> Д. Н. Чичагова. Ф. И. Демюр — главный садовник дворцовых садов и Нескучного сада — превратил „Эрмитаж“ в живописный парк с дорожками по склону гор, таинственными беседками, поэтическими скамейками на берегу пруда, лужайками и цветниками...» (стр. 22). Там же в 1880 г. «к маю по рисункам Чичагова был уже построен грандиозный театр в русском стиле <...> освещение было тогда новостью в Москве» (стр. 23). В этом театре давались оперетты, в которых выступали лучшие опереточные актеры того времени: С. А. Бельская, В. В. Зорина. А. Д. Давыдов. «Своим „Эрмитажем“, — вспоминал С. А. Попов, — Лентовский победил московскую публику: семейная публика, простой народ, аристократы, кокотки, кутящая молодежь и деловые люди — все это по вечерам прямо-таки бежало в „Эрмитаж“, особенно в жаркие летние дни» (стр. 24). Лентовский держал в своем театре большой оркестр, хор и балет; у него работал декоратор парижского театра «Гранд-Опера» Левато.

«Фантастический театр», построенный на территории «Эрмитажа», был задуман к открытию в Москве Всероссийской художественно-промышленной выставки 1882 г. С. А. Попов предполагал, что замысел этого театра, возможно, навеян был воспоминаниями «о спектаклях с участием Мочалова и Щепкина в Нескучном саду в „воздушном театре“ с местами для зрителей под открытым небом <...> Для постройки он выбирает место с правой стороны сада, где местность имела довольно большой уклон. Внизу строится сцена, перед ней — большой партер» (стр. 25—26). Строительство велось под наблюдением декоратора императорских театров А. Ф. Гельцера. На открытии присутствовало свыше 5000 человек.

Театр предназначался для постановки феерий и водевилей, просуществовал четыре года: «...в дождливое лето публика его совершенно не посещает, к тому же под влиянием дождей и снега его оформление (т. е. ложи в виде руины замка и пр.) стало разрушаться, и он (Лентовский) решил его перестроить в большой закрытый театр. К сезону 1886 г. академик Ф. О. Шехтель воздвиг красивое в помпейском стиле театральное здание „Антей“, специально приспособленное для постановки феерий и других „чисто зрелищных“ спектаклей» (там же, стр. 31).

В 1894 г. Лентовский был разорен. «Причина заката его славы», по мнению С. А. Попова, была в том, что он «не мог преодолеть уровня интересов той группы московского зрителя, которого всегда имел в виду» (стр. 119).

Чехов неоднократно в своих ранних произведениях обращался к театру Лентовского. Он написал три рецензии на постановку пьес в театрах Лентовского «Скоморох» и «Новый театр». См. также «Тайны ста сорока четырех катастроф, или Русский Рокамболь». Лентовский изображен в юморесках «Кавардак в Риме» и «Нечистые трагики и прокаженные драматурги» (1884). Имя Лентовского упоминается в юмореске «Кое-что» (1883 г.), в «Осколках московской жизни».

[1] ...с усердием крыловского Демьяна. — Из басни И. А. Крылова «Демьянова уха».

[2] ...«Корневильские колокола», «Жирофле-Жирофля»... — «Корневильские колокола» — оперетта Р. Планкета; либретто Клервиля и Ш. Габе (1877). «Жирофле-Жирофля» — оперетта Ш. Лекока; либретто А. Ванлоо и Э. Летерье (1874). В России шла с 1875 г.

[3] ...несменяемый г. Гулевич ~ анекдоты... — А. Гулевич, рассказчик. В день открытия выступил с чтением сцены «Если Вам будет угодно» (афиша, ГЦТМ). Почти непрерывно выступал в те годы в Эрмитаже. См. о нем в юмореске «Кое-что».

[4] ...на стогнах сада... — Стогны (устаревшее, поэтическое) — площадь, широкая улица.

[5] ...брандмауэром... — Брандмауэр — каменная стена без отверстий между двумя строениями или частями одного, препятствующая распространению пожара.

[6] Будь слышен плеск моря ~ далекий плеск волны... — Точная цитата из д. I-го, сц. 4 пьесы «Гамлет». Трагедия В. Шекспира. Перевод А. Кронеберга. Изд. 2-ое. М., 1861 (см. примечания к статье «„Гамлет“ на Пушкинской сцене»). Разговор Горацио и Гамлета о призраке, внушающем опасения Горацио.

[7] ...занавес, устроенный в одной из стен ~ по-русски. — «Русские ведомости» писали об этом: «Занавес поднимается не на сборках, а, так сказать, раздвигается пополам. В день открытия на сцене этого театра шла малороссийская оперетка «Сватанье на Гончарівці». Малороссийская оперетка прошла очень живо и весело <...> для участия на сцене этого театра приглашена труппа английских артистов для пантомим» (1882, № 179, 3 июля, отд. «Московские вести»).

«Сватання на Гончаривци» («Сватанье») (1836) — опера в 3-х д. Г. Ф. Квитка-Основьяненко. Дирижер Шиман.

[8] Если позволит место ~ описываемый театр и карандашом. — В журнале «Москва» сотрудничали художники: Н. П. Чехов. А. Левитан, И. Левитан. Изображения «Фантастического театра» в журнале за 1882 г. нет.

Алфавитный указатель: А   Б   В   Г   Д   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ч   Ш   Э   Ю   Я   #   

 
 
     © Copyright © 2017 Великие Люди  -  Антон Павлович Чехов